Обзор
Уайльд считает, что доброта и альтруизм не являются залогом решения общественных проблем, а «альтруизм по-настоящему препятствует осуществлению этого намерения. Именно поэтому, наихудшими рабовладельцами были те, кто внимательно относился к своим рабам, таким образом лишая их возможности осознать весь ужас этой системы. В нынешней Англии наибольший вред делают те люди, которые пытаются творить добро», в то же время придерживаясь старой системы.
Уайльд придавал большое значения человеческой душе; когда он анализировал причины и последствия бедности в «Душе человека при социализме», его беспокоили не только материальное благосостояние бедняков, но и то, как общество не позволяет им достичь понимания собственного «я». Он вводит образ Иисуса из Назарета как символ высшего индивидуализма. Уайльд защищает социализм, который, по его словам, «будет ценится именно потому, что он приведёт к индивидуализму» и «превратив частную собственность в народное богатство, восстановить общество до пригодного состояния вполне здорового организма и будет гарантировать каждому члену общества материальную стабильность».
Уайльд исследовал политическое состояние, которое необходимо для полной самореализации и преданности человека искусству. Он утверждал, что «искусство — это индивидуализм, тревожная и разрушающая сила. В этом заключается его бесценное значение. Оно разбивает стереотипы, рабство привычек, тиранию повседневности и возведение человека до уровня машины».
Уайльд придаёт особого значения разграничению между «индивидуалистичным» и «авторитарным» социализмом, выступая за более либеральный подход. «Нам нужен индивидуализм. Если социализм будет авторитарным, если власть будет держать в своих руках экономические мощности так же, как сейчас политические, если, одним словом, мы будем иметь индустриальную тиранию, тогда положение человека в последнем случае будет хуже предыдущего».
При социализме люди смогут осознать свои таланты; «каждый член общества будет разделять общее процветание и счастье общественного строя». Уайльд говорил, что «социализм будет ценится именно потому, что он приведёт к социализму», поскольку люди больше не будут боятся бедности и голода. Индивидуализм, в свою очередь, защитил бы граждан от правительств, которые держат рычаги власти в своих руках. Однако, Уайльд защищает некапиталистический индивидуализм: «конечно, можно утверждать, что индивидуализм, образованный при условиях частной собственности, не всегда является образцовым» (критика вполне уместна). В воображении Уайльда, социализм освободил бы людей от ручного труда и позволил бы им посвятить своё время творческим поискам, таким образом развивая свою душу. Он заканчивает своё эссе следующим заявлением: «новый индивидуализм — это новый эллинизм».
Уайльд считает, что доброта и альтруизм не являются залогом решения общественных проблем, а «альтруизм по-настоящему препятствует осуществлению этого намерения. Именно поэтому, наихудшими рабовладельцами были те, кто внимательно относился к своим рабам, таким образом лишая их возможности осознать весь ужас этой системы. В нынешней Англии наибольший вред делают те люди, которые пытаются творить добро», в то же время придерживаясь старой системы.
Цитата
С отменой частной собственности, появится настоящий здоровый индивидуализм. Никто не будет портить свою жизнь накоплением вещей и символов. Человек будет жить. Жизнь — удивительная вещь на земле. Большинство людей существуют вот и всё.
— Оскар Уайльд, «Душа человека при социализме», 1891
— Оскар Уайльд, «Душа человека при социализме», 1891
Уайльд придавал большое значения человеческой душе; когда он анализировал причины и последствия бедности в «Душе человека при социализме», его беспокоили не только материальное благосостояние бедняков, но и то, как общество не позволяет им достичь понимания собственного «я». Он вводит образ Иисуса из Назарета как символ высшего индивидуализма. Уайльд защищает социализм, который, по его словам, «будет ценится именно потому, что он приведёт к индивидуализму» и «превратив частную собственность в народное богатство, восстановить общество до пригодного состояния вполне здорового организма и будет гарантировать каждому члену общества материальную стабильность».
Уайльд исследовал политическое состояние, которое необходимо для полной самореализации и преданности человека искусству. Он утверждал, что «искусство — это индивидуализм, тревожная и разрушающая сила. В этом заключается его бесценное значение. Оно разбивает стереотипы, рабство привычек, тиранию повседневности и возведение человека до уровня машины».
Уайльд придаёт особого значения разграничению между «индивидуалистичным» и «авторитарным» социализмом, выступая за более либеральный подход. «Нам нужен индивидуализм. Если социализм будет авторитарным, если власть будет держать в своих руках экономические мощности так же, как сейчас политические, если, одним словом, мы будем иметь индустриальную тиранию, тогда положение человека в последнем случае будет хуже предыдущего».
При социализме люди смогут осознать свои таланты; «каждый член общества будет разделять общее процветание и счастье общественного строя». Уайльд говорил, что «социализм будет ценится именно потому, что он приведёт к социализму», поскольку люди больше не будут боятся бедности и голода. Индивидуализм, в свою очередь, защитил бы граждан от правительств, которые держат рычаги власти в своих руках. Однако, Уайльд защищает некапиталистический индивидуализм: «конечно, можно утверждать, что индивидуализм, образованный при условиях частной собственности, не всегда является образцовым» (критика вполне уместна). В воображении Уайльда, социализм освободил бы людей от ручного труда и позволил бы им посвятить своё время творческим поискам, таким образом развивая свою душу. Он заканчивает своё эссе следующим заявлением: «новый индивидуализм — это новый эллинизм».